— Ты возглавляешь?

— Естественно!

— Полковник-полковник, а должность генеральская. И в группе нет конфликтов? — сомневается Томин.

Нет, не сомневается, неизбежны конфликты, разные ведомства вечно между собой что-нибудь делят, поделить не могут.

— Пресекаем, — тон у Знаменского вдруг с холодком.

— Похоже, ты стал пожестче, — одобрительно замечает Томин. — А в чем смысл эксперимента?

— Отпадают проблемы межведомственного согласования. То, с чем мы всегда бились. На любое дело в группе есть человек с соответствующими полномочиями.

— Так-так… Замечательно… — Томин вздыхает: — Зинаиды не хватает.

— Еще как!.. — Пал Палыч с трудом пересиливает возникшую скорбную паузу. — Мне дали понять, что тебя интересует убийство одного иностранца. Московское бюро Интерпола запрашивало фотографии с места обнаружения. На что тебе покойный Нуриев?

— Нуриев мне даром не нужен, ни живой, ни мертвый. Но он ведет к человеку, за которым Интерпол охотится. Это некто Ландышев.

Знаменский быстренько «листает» память. Александр Нуриев — иностранец советского происхождения — обнаружен убитым с неделю назад возле отеля «Советский», где он был постояльцем. В кармане его плаща найдена записка с московским адресом. По этому адресу расположен офис страховой компании, каковую возглавляет… да, именно Ландышев.

— И на него имеет виды Интерпол? — переспрашивает Пал Палыч.

— Еще как имеет! Он, между прочим, не Ландышев, а Крысин. Среди уголовных дружков носил кличку Крыса ученая, — Томин кладет на стол фотографию лысоватого человека с острыми чертами лица.

— Такой умный? Или образованный? — спрашивает Пал Палыч.

— Он, знаешь, был доцентом. По марксизму. Оч-чень процветал. Брошюрки издавал: «Коммунизм — это молодость мира», «Экономика социализма при переходе к коммунизму». А когда эта… наука пошла кошке под хвост, жутко обозлился. И тут из лагеря вышел его одногодок, дворовый бог по кличке Мокрый. Вот он, — на стол ложится вторая фотография: матерый блатной «лоб». Опекал Крысина почти с пеленок. А тот даже слал ему посылки в зону. Через третьи руки, естественно.